Лучшие анекдоты, истории и фразы зарегистрированных пользователей

Русские туристы пригрозили подавить волнения в Египте, если им будут
мешать отдыхать.

Журналистский семинар в РУДН. Перед будущими акулами и шакалами пера
толкает речь лысая знаменитость нашего телевидения. Наступает время
вопросов. С переднего ряда поднимается девушка и спрашивает:
- Как Вы считаете, почему в России больше нет свободы слова?
Знаменитость, поправив очки, даёт ответ, который я до сих пор считаю
лучшим:
- Представьте, что воры собрались ограбить дом. Как думаете, станут они
приглашать прессу?

Писатель-фантаст Александр Романович Беляев.
Это он придумал голову профессора Доуэля, летающего человека Ариэля, Ихтиандра...
Он придумал, потому что не сдавался. Хотя вся жизнь его — типичное проявление того, что называют "родовым проклятием" в народе. А как на самом деле это называется — никто не знает.
В детстве Александр Беляев потерял сначала сестру — она умерла от саркомы. Потом утонул его брат. Потом умер отец, и Саше пришлось самому зарабатывать на жизнь — он еще был подростком. А еще в детстве он повредил глаз, что потом привело почти к утрате зрения. Но именно в детстве он сам выучился играть на скрипке и на пианино. Начал писать, сочинять, играть в театре. Потом, в юности, сам Станиславский приглашал его в свою труппу — но он отказался.
Может быть, из–за семьи отказался. Кто знает? Он как раз женился в первый раз. Через два месяца жена его оставила, ушла к другому. Прошло время, рана затянулась и он снова женился на милой девушке. И одновременно заболел костным туберкулезом. Это был почти приговор. Беляева заковали полностью в гипс, как мумию — на три года. Три года в гипсе надо было лежать в постели. Жена ушла, сказав, что она ухаживать за развалиной не собирается, не для этого она замуж выходила. И Беляев лежал, весь закованный в гипс. Вот тогда он и придумал голову профессора Доуэля — когда муха села ему на лицо и стала ползать. А он не мог пальцем пошевелить, чтобы ее прогнать... Но этот ужасный случай побудил Беляева написать роман. Потом, когда он все же встал на ноги, стал ходить в целлулоидном корсете. Полуслепой и некрасивый. А был красавец в молодости...
Он писал и писал свои знаменитые романы Фантазия его не иссякала, добро побеждало зло, люди выходили за пределы возможностей, летали на другие планеты, изобретали спасительные технологии, любили и верили. Хотя немного грустно он писал. Совсем немного. Если вспомнить, в каком он был состоянии...
Он женился потом на хорошей женщине. И две дочери родились. Одна умерла от менингита, вторая — тоже заболела туберкулезом. А потом в Царское Село пришли фашисты — началась оккупация. Беляев не мог воевать — он почти не ходил. И уехать не смог. Он умер полупарализованный, от голода и холода. А жену и дочь фашисты угнали в Германию. Они даже не знали, где похоронен Александр Романович.
Потом жене передали все, что осталось от ее мужа — очки. Больше ничего не осталось. Романы, повести, рассказы. И очки. К дужке которых была прикреплена свернутая бумажка, записка. Там были слова, которые умирающий писатель написал для своей жены: "Не ищи меня на земле. Здесь от меня ничего не осталось. Твой Ариэль"...
Анна Кирьянова

Каждый раз, когда слышу песню Игоря Корнелюка «Есть билет на балет, на трамвай билета нет», вспоминаю поездку на балет в Дюссельдорфе. Мы с женой навещали там дочь, которая трудилась по рабочей визе. Однажды культурная программа визита включила посещение местного театра, где выступала заезжая балетная труппа. И вот едем мы на балет (!) на трамвае (!!) и дочь нас предупреждает, что билеты покупать не надо (!!!). «Как так», — удивляемся мы, зная, что дочери противоправное поведение не свойственно. «У нас билеты в театр, по ним проезд в общественном транспорте бесплатный», — поясняет дочь. «Какая связь?» — всё ещё недоумеваем мы. «Всё же очень просто и логично, — говорит дочь, которая, похоже, уже начала отрываться от родной почвы. — Если все поедут в театр на своих автомобилях, будут пробки, и парковок не хватит. Поэтому мэрия и стимулирует людей ехать общественным транспортом». В принципе, действительно, понятно, что для городских властей удобство людей гораздо важнее, чем парковочные сборы и штрафы. Разве может быть как-то иначе? «Есть билет на балет….»

Какие ассоциации возникают у вас, когда вы слышите слово "пират"? Одноглазый мужчина с попугаем на плече и деревянной ногой? А теперь обратите свой взгляд на КДПВ — Чжэн Ши, китайская морская разбойница, которая снискала славу одного из самых удачливых пиратов в истории. Под ее командованием находился флот в 2 000 судов и более 70 000 матросов. Эта невысокая хрупкая женщина, руководя сражением, держала в руке вместо сабли веер. Она была современницей Наполеона и адмирала Нельсона, но в Европе о ней никто не слышал. Зато на Дальнем Востоке, на просторах южнокитайских морей, ее имя знали самый последний бедняк и самый первый богач. Вы, наверное, подумали, что такое "богатство" досталось ей по–наследству от батюшки с одним глазом и деревянной ногой? Что ж, отчасти это правда, но есть одно "но"...

Чжэн Ши было 26 лет, когда в 1801 году китайские пираты забрали ее из публичного дома в Кантоне. Вожак пиратов Чжэн И предложил красавице руку и сердце, и она согласилась, но, как гласит легенда, лишь при условии, что будет участвовать и в руководстве операциями, и в разделе добычи. Пират принял условия.

За шесть лет они на пару истребили всех конкурентов на побережье Южно–Китайского моря, увеличив свой флот до 400 кораблей. Когда в 1807 году Чжэн И погиб, вдова, вошедшая в историю под именем Чжэн Ши (вдова Чжэн) взяла бразды правления полностью в свои руки.

Новая капитанша ввела весьма жесткие законы и сумела превратить разбойничье воинство в дисциплинированную армию. Пираты пытались бунтовать, но серия показательных казней заставила их смириться, а приморские деревни стали массово переходить под власть морской разбойницы (под ее защитой жилось спокойно) и добровольно снабжать флот Чжэн Ши всем необходимым.

В январе 1808 года весь китайский императорский флот был брошен на борьбу с пиратами. Госпожа Цин заманила посланную против нее эскадру в придуманную ею хитроумную ловушку, и... выиграла битву, захватив более 60 кораблей. Командовавший эскадрой адмирал, не выдержав позора, позднее покончил собой. Тогда Китай попытался натравить на разбойницу западных авантюристов, но и те не имели успеха. Поняв, что Чжэн Ши не одолеть, власти предложили ей мирное соглашение, и в апреле 1810 года оно было принято.

Пираты (по разным оценкам, от 17 000 до 80 000 человек) получали полную амнистию, сохраняли награбленное имущество и переходили на императорскую службу. Это был конец пиратства в китайских водах.

Чжэн Ши дожила до 69 лет, будучи законной содержательницей гостиницы (при которой были игорный дом и бордель) и сделав, пожалуй, самую блестящую пиратскую карьеру за всю историю человечества.

Милиция повязала группу мошенников, продающих дипломы в метро."Нам
пришлось их отпустить", — заявил доктор экономических наук сержант
Иванов.

В конце 80х приятель приехал из Белоруссии с точки в отпуск. Рассказывает: Из досуга у нас было либо картишки под спирт в казарме либо шашлык под спирт в окружающей пуще. Вышли на природу. Все занимаются делом: дровишки костерок и т.д. Среди нас два прапора П1 и П2 с развитым чувством армейского юмора. П1 накрывает пилоткой масленок-переспелок и радостно орет: П2 ко мне бегом я твоей дочке бурундучка поймал. Пилотку приподниму - хватай. У П2 все руки в гнили и огонь мести в глазах. Отдыхаем-выпиваем, П2 сидит и с длинющей ветки сучки срезает. Прошло какое-то время и П1 взяв газетку пошел в кусты. П2 вскакивает со своей веткой насаживает на нее сопливый масленок и с тыла к сидящему на корточках П1. Сквозь кусты масленком на палке нежно тыкает в попу П1 и при этом очень натурально похрюкивает. Оказывается, со спущенными штанами можно очень далеко прыгнуть с места.

Пишу со слов участника событий.

Приемная директора крупного предприятия.
В приемной отдыхает водитель директора, почитывая "желтую" прессу.
Ожидающие аудиенции томно сидят в креслах, блондинка секретарша что-то увлеченно считывает с монитора. Все свои люди, обстановка соответствующая, почти домашняя.

Внимание водителя привлекает факт, изложенный в газетенке, и он начинает его зачитывать - "Во время эякуляции сперма человека движется со скоростью 70 км/час....."

Секретарша приподнимается над монитором и вдумчиво произносит - "Это ж голову так снести может!"

Кресла конвульсивно задергались.

Жириновский пожаловался, что Жванецкого похоронили на Новодевичьем кладбище и вообще, там слишком много артистов, а депутатов нет. Полностью с ним согласен! Хотелось бы, чтобы там было побольше депутатов, а Жванецкий был бы жив.

Было это во времена студенчества в г. Томске. Мы с 2 пацанами снимали
квартиру и к нам постоянно приходили друзья с общаг на пивко и водочку.
Так вот пришел как-то один друг, Сергей. Выпили хорошо, ну и время
подоходило ему ехать в общагу, так как она в 12 ночи закрывалась.
Заказали такси. Минут через 15 вышли из подъезда, возле него стояла
шестерка в темноте полной. Мы подошли к машине, открыли заднюю дверь,
посадили Серегу и сообщили водиле адрес куда везти изрядно подвыпившего
друга. Машина уехала, мы - домой, отсыпаться перед универом. На
следующий день приходим в универ и пришел Серега, очень зло на нас
посмотрел и выдал фразу - "ну вы и сволочи!!". Мы ничего понять не можем
и тут он поведал.
Едет он в той машине и стало ему жарко, попытался он открыть окошко и
никак не мог найти ручки, все общупал в темноте - нету. Тут он
повернулся назад и увидел 2 милицейские фуражки. Пододвинулся вперед и
увидел 2 мужиков (водилу и рядом) с погонами. Быстро протрезвев, он их
аккуратно спросил: "Дяденьки, а вы меня куда везете?". Те, заливаясь
смехом ответили:"Ну куда сказали - туда и везем - на Южку (Южная площадь
в Томске) в общагу №8". Прошло несколько минут, менты ржали как кони,
Сереге не до смеху. Подъехали к общаге, вышел водила, открыл дверь,
сказал Сереге не переставая ржать: "Выходи, приехал домой". Серега
аккуратно вышел, увидел родную общагу и спросил:"А сколько я вам
должен?" Менты еще сильнее залились смехом и уехали. Вот такой
интересный студенческий город Томск. :)

Как же заколебали меня эти политически-патриотические π-здоболы по центральным каналам. Это мы разгромили фашистскую Германию! Это мы первыми запустили спутник! Это мы первыми отправили в космос Гагарина! Некоторые раздуваются даже от гордости, что это мы победили Наполеона.

Всё это хорошо, но вы-то как закрались в это мы? Вы там хоть рядом сидели с солдатом, который кивер чистил весь избитый? Хоть одну пулю выпустили в немецкого оккупанта? Хоть одну гайку привинтили к ракете "Восток"? Какое такое мы? Мычите пожалуйста на другие темы. Вы - получаете деньги за свой публичный патриотизм и больше ни хрена не делаете. Вы живете на налоги с нормальных людей, которые помнят, чтят и гордятся своими предками за бесплатно. Делом занимаются, семьи свои кормят, и вас зачем-то, дорогие наши кукушата.

Моя мама имеет право говорить мы - она четырехлетним ребенком лежала в донской степи возле разбомбленного эшелона вместе с другими беженцами, когда их поливали очередями с неба. Эти пули не достались солдатам. Хоть какой-то, но вклад. Отец помогал со сбором урожая, тоже мальцом. Толку наверно было мало, но он делал это, своими руками. Это последнее поколение, которое имеет право говорить "мы" в разговорах о той войне. Я в себе такого права не ощущаю. Это не мы, а они победили фашистскую Германию - все вместе, кто не перекинулся на другую сторону. Я в этом, к сожалению, не участвовал.

Надеюсь, и нами будут когда-нибудь гордиться потомки. Пока особо нечем.

История про "Сделай добро и оно тебя достанет". Когда-то давным-давно довелось мне работать сварщиком в одной крупной организации. Там была сдельная оплата труда. Расценки были такие, что если работать честно, то загнешься с голоду гарантированно через 2 месяца. Поэтому все занимались приписками, но пахали не поднимая масок с лица. Теперь собственно история: Так как дело было при коммунистах, то на всех производствах были студенты практиканты, которых просто обязаны были обучить ремеслу. Был такой студент и у нас. И что самое интересное, он действительно хотел научиться сварке, прямо пламенно желал. Но сдельщина.... Никто не хотел терять время на обучение бедного студента, все его гнали от себя, крича - "не мешай работать, редиска". Мне стало жалко его, тем более, что сам не так давно был таким же студентом. Возьми и посоветуй. Слышь, студент, в обед ты никому не мешаешь, бери держак, электроды и иди на кучу металлолома, там вари сколько влезет и никому мешать не будешь. Благо в те времена ни электроды, ни энергию никто не считал. С той поры все устаканилось, студент сверкал сварочкой на куче лома, никого не доставал, благодарил меня при каждом удобном случае. Все были довольны. Идиллия продолжалась до тех пор, пока не пришлось грузить металлолом для отправки на переплавку. В общем, ставят под погрузку вагоны, пригоняют кран, стропят, начинают подъем... а хрен в сумку, куча даже и не думает шевелиться. Что за хрень, мож зацепилось, что. Лезут проверять и тихо обалдевают. Куча вся СВАРЕНА между собой, причем приварен каждый кусочек друг к другу. Начальство не то, что негодует, просто не может понять, кто, а главное ЗАЧЕМ это сделал. Назревает скандал, начинаются разборки, выясняется, что это работа студента, который сразу же безо всяких угрызений совести говорит, что это я его чуть ли не заставил. В общем итог: Все работяги ржут и подкалывают при каждом удобном случае, я "помираю" с бензорезом на этой злополучной куче матеря последними словами и студента и свою доброту. Мля, три дня ее резал на части, сука студент добросовестный. Ну хорошо хоть за простой вагонов не высчитали. Вот тебе и доброе дело....

Одно из условий с удовольствием ходить на работу - любить свою работу.
Но трудно ли любить свою работу и приносить людям хорошее настроение?
Или невольно заставить других любоваться своей работой, совсем не творческой?

Из моей московской жизни я запомнила двоих таких людей.
1. Она работала на станции метро Октябрьская, там, где переход с кольцевой на радиальную, - небольшой по длине/глубине эскалатор. Будка дежурного смотрела "лицом" на спускающихся.
Дежурной было лет за 50, в те годы она казалась мне пожилой)) С худощавым лицом, всегда в красной кепочке, и всегда с живыми глазами и улыбкой на лице.
Она была неповторяема и неотразима) Обращалась почти к каждому, кто спускался на "её" эскалаторе, с улыбкой, кому успевала - говорила какие-то добрые слова, как-то по-доброму шутила, глядя на неё, всегда поднималось настроение.
Когда мы ее видели, всегда улыбались, она была же как единое целое со станцией Октябрьская)Без кепочки мы уже не представляли себе этого перехода. Было видно, что работа доставляет ей удовольствие.
Работа дежурного на эскалаторе длиной самое большое 30 метров)
О, наша кепочка! - так мы звали ее между собой. Подсознательно ожидая, что каждый раз переходя на радиальную, мы будем ее видеть, огорчались, когда была не ее смена. Не было привычного доброго ритуала. Не было повода улыбаться. В этот день не хватало чего-то хорошего и привычного.
А потом она исчезла. Сменили ее дежурные с тусклым уткнувшимся вниз взглядом и равнодушным лицом.
Усиленно смотрят в монитор? Кепочка тоже смотрела в монитор. Но ее дежурство всем поднимало настроение.

2. Конец 90-х - начало 2000-х. Работаю в начале Можайского шоссе. Коммунальные услуги оплачиваются только в Сбербанке - или тогда еще Сберкасса? уже не помню, - в моем районе этот процесс мог занять полдня, и такой роскоши я себе позволить не могла. Напротив работы, на Можайке, прямо у остановки, тоже есть сбербанк, но там было еще хуже, чем в моих пятиэтажных Черемушках с домами, натыканными как грибы после хорошего дождя.
С другой стороны квартала, где был офис, проходила, да и сейчас, думаю, проходит, улица Красных Зорь, и в одном из угловых домов в девятиэтажке был Сбербанк и почта.
Район здесь тоже был обжитой и квартал спальный, но по другую сторону Красных Зорь проходили ж/д пути и количество потенциальных посетителей этих жизненноважных в то время объектов сужалось до жителей квартала, домов, заселенных в 60-70 года. К тому же квартал был на отшибе.
И я приноровилась в обеденное время оплачивать коммуналку в этой сберкассе.
Окон было, если не ошибаюсь, не меньше 3-х, очередь тоже была, но в одном окне всегда очередь проходила практически молниеносно. Так эмпирическим методом я стала оплачивать только в этом окне.
Работала там профессионал. Нет, не так - ПРОФЕССИОНАЛ. ВЫСОЧАЙШЕГО КЛАССА. Никто около ее окна никогда не задерживался. Ей стоило только лишь бросить взгляд на квитанцию, сказать, где ошибка в цифрах, - если ошибка была, - у меня было такое впечатление, что она знает наизусть все эти многочисленные номера счетов, состоящих из 20 цифр. Очередь, если и возникала по причине технического перерыва, рассасывалась мгновенно. Все замечания по квитанциям у нее были четкие и короткие, исключающие повторный вопрос. Потому что все было ясно)

Я ходила в эту сберкассу, скорее к этой операционистке, несколько лет. Я рассказала о ней коллегам, мне не поверили) мы пошли удостовериться. Все были, скажем, очень удивлены.
Рассказала о ней дома. Мне тоже не поверили.
Поехали специально проверить, теперь удивлены были мои домашние.

Однажды я в очередной раз пошла платить в эту сберкассу.
Операционистка стояла у входа и курила. Смотрела куда-то вдаль, о чем-то думая, во всяком случае лицо у нее не было улыбчивым. Я прошла в зал, а потом подумала и вышла на улицу. Когда еще будет такой шанс.

- Я хотела бы сказать Вам, что Вы - настоящий профессионал... Вы так работаете, всегда всем помогаете в этих запутанных цифрах и, главное, быстро. И не надо в очереди подолгу стоять. Спасибо Вам!
- Спасибо! - операционистка была удивлена и как-то обрадована, что ли. - Вы единственная, кто мне сказал добрые слова, - она горько усмехнулась. - И на меня пишут жалобы начальству. Что слишком быстро работаю. Я с советских времен ненавижу очереди. А местным бабушкам это не нравится. Они хотят стоять в очередях...

Не помню, были ли в те времена у сотрудников Сбербанка бейджики, но на стойке стояла табличка с именем и фамилией сотрудника.
Светлана Одоевская, спасибо Вам еще раз!

Пекарь с «Титаника»

Эта история - про Чарльза Джокина, истинного англичанина и моряка - моя любимая.
Как и у всякого настоящего британца, у Чарльза было хобби – он выпивал. Хобби увлекало пекаря полностью и отнимало все его свободное время. «Королевский почтовый корабль «Титаник», на котором ходил Джокин, был огромным плавучим фешенебельным отелем с богато декорированными интерьерами и прекрасной кухней. Шеф-повар «Титаника» получал вторую, после капитана Смита, зарплату на судне и командовал шестью десятками поваров.
У Джокина, как у старшего судового пекаря, была дюжина парней в подчинении, офицерская должность и отдельная каюта, где он и разместил свой самогонный аппарат (с дрожжами у нашего героя проблем никогда не было).
Той злополучной ночью, когда «Титаник» напоролся на айсберг и затонул за два с половиной часа, Чарльз, как обычно, предавался любимому хобби в своей каюте. Услышав глухой скрежет вдоль правого борта, он вышел на палубу, прихватив фляжку с выпивкой. Вскоре капитан Смит отдал команду расчехлять спасательные шлюпки. Джокин собрал команду пекарей на камбузе и, проявив инициативу, приказал разнести запасы хлеба по шлюпкам, а сам вернулся в свою каюту запастись виски.
После объявления «шлюпочной тревоги» старший пекарь сохранял олимпийское спокойствие. Джокин усаживал женщин и детей в шлюпку №10, командиром которой он был, согласно расписанию по тревоге. Сам Чарльз в шлюпку не сел, а, уступив свое место одному из пекарей, предпочел спустится в каюту и, лежа одетым на кровати, продолжал выпивать.
В кровати Чарльз провел еще около часа, наслаждаясь покоем и виски. Когда в каюту начала просачиваться вода, он надел спасательный жилет и, взяв с собой запасы выпивки, поднялся на верхнюю палубу. К тому времени уже все шлюпки «Титаника» были спущены на воду и отошли от гибнущего судна. На палубе ему встретился второй помощник Лайтоллер. Позже Лайтоллер рассказывал, что Чарльз Джокин был «чертовски пьян» и второй помощник решил, что старшему пекарю не суждено спастись. На палубе Джокин, не забывая делать глотки из фляжки, выкидывал за борт деревянные шезлонги. Выбросил он их штук пятьдесят или шестьдесят. Некоторым тонущим, плавающие в воде шезлонги, потом спасли жизнь.
Чарльз до последнего оставался на борту «Титаника». Когда корма судна стала быстро погружаться, он перелез через поручень у кормового флагштока. Через мгновение «Титаник» ушёл под воду, не создав водоворота. Так Чарльз Джокин оказался в воде, даже не намочив волосы на голове. Более четырех часов он провел в холодных водах Атлантического океана, барахтаясь и выпивая. Лайтоллер не поверил своим глазам, когда увидел Джокина среди спасенных. Если не считать опухших ног, то купание в ледяной Атлантике никак не отразилось на здоровье моряка.
Любимое хобби Чарльза придало ему, так необходимое в ту ночь, спокойствие в душе и рационализм в поступках. Он спасся сам и помог спастись многим другим. Джокин покинул «Титаник» последним, максимально сократив для себя время пребывания в холодной воде. На протяжении четырех часов он оставался с сухой головой и имел приличный запас высококалорийной пищи в жидком, незамерзающим при минусовой температуре, виде.
После спасения наш герой не изменил своему хобби и своей профессии: продолжил выпивать и ходить в море. Чарльз Джокин побывал еще в двух кораблекрушениях и дожил до 78 лет.
На его могиле написано «Пекарь с «Титаника».

Первая зарплата

У моего лондонского знакомого в доме работали электрики — разводили проводку, устанавливали розетки и т.д., всего это заняло порядка полутора месяцев. У знакомого семилетний сынишка Тэо, он постоянно крутился у электриков под ногами, задавал вопросы, трогал инструменты — товарищ думал на него прикрикнуть, чтобы не мешал, но электрики не возражали и даже любезно общались с ним.
Через пару недель знакомому пришло письмо от фирмы электриков, в котором был расчетный лист, адресованный Тэо, и его зарплата в 15 фунтов.
Расшифровка расчетного листа:
Измерение разных вещей — 1.50
Подсчет и сложение количества розеток — 1.50
Кейтеринг (вкусные печеньки) — 1.50
Классное волонтерство — 1.50
Контроль качества (задавал очень много вопросов) — 9.00
Всего — 15 фунтов стерлингов (чуть больше 1500 рублей в эквиваленте).
Надо ли говорить, что Тэо чрезвычайно горд собой и своей первой зарплатой...

Вроде бы всё наладилось: на работу устроился, машину и квартиру купил, деньги на любовницу появились, а тебе - бац... и 80 лет!

Американец - русскому:
- Я представляю, как вы обедаете: дубовый стол, на столе - бутылка водки, чёрный хлеб, селёдка, лук, каша, пельмени. Под столом - пулемёт. На стене - балалайка и будёновка. Во дворе - танк, а на крыльце - медведь.
Русский:
- Что за бред?! Почему одна бутылка водки?!

Рассказ человека, прожившего в Штатах почти четверть века.

Наконец после долгих поисков и проб мне повезло: я нашёл приличную работу. Неплохо платили, а главное, мне понравился начальник, заведующий моим отделом: деловой, элегантный, доброжелательный.
Поработал я тихо пару месяцев и призадумался: всё, вроде, ничего, но так в мелких сошках можно просидеть, пока не рассыплешься от ветхости. Даже троечнику-семикласснику из тульской деревни в десять дворов известно: пробиваются люди энергичные, с идеями.
"Что ж, пора начинать", - сказал вслух мой внутренний голос.
- Самое главное - не высовывайся… - произнесла жена в ответ.
Посидел я на кухне несколько вечеров, и кое-что у меня, кажется, нарисовалось…
Я не стал трогать всю фирму: только любитель выкладывает на стол сразу все козыри. Я занялся пока нашим отделом - всему своё время.
Разработал новые схемы сбора и обработки информации, вычертил графики, просчитал экономику... Всё, как положено, по высшему разряду.
И знаете, что получилось? Получилось, что при новой организации труда, предложенной мною, в отделе достаточно десяти-одиннадцати человек вместо работающих семнадцати.
Не удивляйтесь: плёвое дело для специалиста, кандидата наук, который в течение двенадцати лет занимался рационализацией и оптимизацией управленческого труда. Правда, последнее время зарплату за это давали очень редко, а потом вообще разогнали. Но это другой разговор... Если бы я захотел, то так бы срационализировал и соптимизировал любую контору, что она могла бы функционировать только с одной уборщицей. Или даже без - исключительно посредством письменных столов. И никто бы ничего не заметил.
Итак, заложил я свои бумаги в папочку и передал начальнику отдела через секретаря.
Я понимал: нельзя сходу рассчитывать на многое, но прибавка в тысчонку-другую, а может и три в месяц вполне могла обломиться, а, может быть, и небольшое повышение в должности. У босса зам, вроде бы, на пенсию собрался... Не самый худший вариант для начала.
А начальник не торопился вызывать меня в свой кабинет. То ли тщательно изучал детали моего проекта, чтобы потом обсудить его со знанием всех подробностей, то ли просто руки не доходили, и он всё ещё не подозревал, какой сюрприз ожидает его в невзрачной серенькой папке, пылящейся в углу его широченного стола...
Можете представить себе, в каком состоянии я пребывал все четыре дня, до той самой минуты, когда секретарша вошла, наконец, в нашу комнату и, назвав моё имя, кивнула в сторону главного кабинета.
И продавцу сосисок ясно, что почти четыреста тысяч, сэкономленных за год на зарплате шестерых работников, и ещё не менее ста на прочих связанных с ними расходах - это не те деньги, которые можно просто положить в карман. Это - снижение себестоимости продукции нашей фирмы, повышение конкурентоспособности, увеличение объёмов сбыта, а это всё вместе - прямой путь к процветанию. И сделано это руками, вернее, головой всего одного человека! Сделано не каким-то сонным клерком, абы как отсиживающим свои восемь часов, а толковым энергичным работником, патриотом фирмы, кровно заинтересованном в её успехах! Надо быть последним идиотом (или директором института, где я проработал двенадцать лет, что в принципе одно и то же), чтобы этого не заметить, не оценить и не использовать. Пусть из меня высасывают все соки! Пожалуйста! Пусть нещадно эксплуатируют мои знания и незаурядные способности! Я согласен! Пусть только за это достойно платят! Главное - не зарываться. Побольше скромности и достоинства. Вероятней всего, впереди реорганизация всей фирмы - многомиллионные дела! Вот тогда можно будет подумать и о большой карьере... И по настоящему большущих бабках…
Шеф очень обрадовался моему появлению. Обаятельно улыбаясь, он вышел из-за своего громадного стола, крепко пожал мне руку, и, обняв за плечи, усадил в кресло. Секретарша принесла кофе и коньяк. Я неоднократно рисовал в своём воображении именно такую картину и поэтому держался вполне уверенно и раскованно.
- Алекс,- сказал шеф проникновенно, устраиваясь в соседнем кресле, - вы придумали отличную штуку! Мы обязательно внедрим ваше предложение. Для начала хотя бы частично И не будем тянуть - начнём прямо с завтрашнего дня. Большое вам спасибо, Алекс!
Я ответил, что не стоит благодарности, что я рад сделать хоть что-нибудь для моей родной фирмы, и добавил пару небрежных, заранее приготовленных и тщательно отрепетированных в мыслях фраз с необходимым подтекстом, вроде того, что будущее фирмы - это и моё будущее, и мы, улыбаясь друг другу, пригубили из бокалов.
- Когда я принимал вас на работу, - продолжал шеф, - я подумал: у этого парня должна быть отличная голова. Я рад, что не ошибся... Однако, Алекс, не всё так просто. С внедрением вашего предложения связаны определённые трудности...
С этими словами он пересел на своё обычное место за письменным столом и раскрыл мою серенькую папку:
- Нам не удастся сократить все шесть должностей, как вы предлагаете. Во всяком случае, в ближайшее время.
- Почему? - искренне удивился я, приканчивая содержимое бокала: все-таки не минералка - не оставлять же...
- Потому что мы не можем уволить людей, которые занимают эти должности, - шеф брезгливо поморщился, - Посудите сами: Мэгги на пятом месяце. Будущая мать-одиночка. От… ну, вы сами знаете от кого… -
Шеф вздохнул и поднял глаза к потолку, - Джэб племянник… сами знаете чей, Джон цветной парень, а миссис Пински лесбиянка, как вам также известно, а о Грэге я уже и не говорю. Да они же, эти… они же по судам меня затаскают! Не следует забывать: мы живём в демократической стране...
Я сочувственно молчал: и на самом деле задачка не из простеньких. Впрочем, это головная боль начальства - я своё дело, извините, сделал.
- Но, - продолжал шеф, - бизнес есть бизнес. Делать что-то надо. Троих нельзя - уволим хотя бы одного.
- Кого? - поинтересовался я.
Шеф горестно вздохнул:
- Вас... Больше некого...

О ПЕРВЫХ ПАЦИФИСТАХ

Вот ведь блин - одна половина читателей вознегодует, что рассказываю
общеизвестный исторический факт, вторая – что откровенную небылицу.
А ведь такие истории – самые интересные. Все лавры этого рассказика
адресую Льву Гумилёву, которого сейчас с удовольствием читаю.

В первом крестовом походе однажды сошлись в большом сражении рыцарское
войско и арабская конница. О дальнейшем летописцы с обеих сторон
повествуют с большой застенчивостью, но не поленились указать главную
проблему. Гордые рыцари восседали на самых могучих своих жеребцах,
изголодавшихся по женскому обществу после долгого похода. А вот арабы
сидели на вёртких послушных кобылицах. Сражение как-то сразу не
задалось, но лошадки остались довольны...